Удивительное открытие московского краеведа обелило Чистые пруды

Разбитых в XVIII-XIX веке на месте стен Белого города бульваров — десять. Три из них переняли названия близлежащих улиц Пречистенки, Тверской и Покровки. Два бульвара хранят память о разрушенных до основания в богоборческие годы Никитском и Страстном монастырях. Три бульвара Петровский, Рождественский и Сретенский находятся вблизи сохранившихся, хоть с потерями трех монастырей. Название у реки перенял Яузский бульвар. А рукотворным Чистым прудам названием обязан бульвар, о котором хочу написать вслед за теми, кто это сделал раньше меня.

Удивительное открытие московского краеведа обелило Чистые пруды

Кроме единственного Пречистенского, переименованного в Гоголевский, бульвары сохранили исторические названия. «Исключение – Гоголевский, но это изобретение советского времени, не уважающего русскую историю», — отметил Сергей Романюк в замечательной книге «Чистопрудный бульвар» 2017 года. Подержать в руках свой последний путеводитель 82-х летний автор не успел.

Появился Чистопрудный бульвар после войны 1812 года, когда началось бурное восстановление и благоустройство сгоревшего города. Его длина — 660 метров, ширина достигает около 100 метров, протяженностью он уступает Тверскому бульвару, шире его  Страстной бульвар. А площадью, где поместился пруд, превосходит всех. 

В изданном при жизни Пушкина в 1827-1831 году в четырех томах путеводителе «Москва, или Исторический путеводитель по знаменитой столице Государства Российского»  Ивана Гурьянова Чистопрудный бульвар описывается так:

«И вот вы на Чистых прудах… – прекрасное гулянье. По обе стороны возвышаются такие дома, которые казались предкам нашим за нечто необыкновенное. Необразованный ум их не мог бы никогда представить себе таких соразмерных каменных палат; простота нравов не возносила их выше простоты природной; они не понимали еще, зачем один человек живет в десяти-пятнадцати и более покоях, зачем не может жить иначе. Предки наши не знали еще, что значит такое: официантская, столовая, приемная, гостиная, кабинет, балконы, колонны, будуары, камины и пр. И все это для одного человека». 

    Увиденные на фасадах колонны, балконы появились у особняков XIX века в стиле классицизма на месте сгоревших и сломанных каменных палат. Столь же внове выглядели в домах дворян разного назначения  залы и комнаты для членов семьи и приема гостей.   

Автор наиболее полного путеводителя XIX века по Москве Иван Гаврилович Гурьянов родился в Оренбурге в семье офицера. Храбро воевал в 1812 году, после ранения остался инвалидом. За растрату лишился службы, дворянства, чинов и наград. Спасал себя и семью преподаванием и неустанным литературным трудом. Издал свыше 40 книг. Сочинял романы, составлял биографии знаменитостей, переводил с французского и немецкого, в частности, «Приключения барона Мюнхаузена». Его книга «Ужасы чародейства. Сказки, повести и анекдоты о нечистых духах», оказывается, в Москве переиздана в 2017 году в сборнике с подобными сомнительными откровениями современных литераторов.

Автор «Чистопрудного бульвара», изданного в 2017 году, и многих других книг, Сергей Константинович Романюк родился в Ленинграде в семье инженера, лауреата Сталинской премии, директора известного электролампового завода «Светлана». В 1933 году, когда родился сын Сергей, его перевели работать в Московскую область, во Фрязино, а затем в Москву для организации радиозаводов.  

«Как многие московиты и московские историки, Москву знаю только после того, как сюда переехал, — рассказывал Романюк, —  Но попал сюда давно, жил здесь с младенческого возраста. Я рос в таком средоточии московских переулков, как Архангельский переулок, где стоит Меньшикова башня, где огромное количество старинных домов, разнообразная застройка. Прожил там довольно долго. В школу ходил в этих переулках, а потом переехал на Чистые пруды. И там тоже довольно долго жил»

Прошло полжизни, прежде чем Романюку удалось предаться истинному призванию. По совету отца, полагавшего,  что заниматься историей в Советском Союзе небезопасно,  Сергей поступил на географический факультет Московского университета. Выпускник с дипломом эконом-географа по специальности не работал. Под влиянием отца и старшего брата в детстве увлекся радио. После окончания университета начал заниматься радиоаппаратурой и четверть века служил на физическом факультете МГУ.

Превращение географа и радиоинженера в историка и выдающегося знатока Москвы происходило медленно, но верно. Первая книжка «Улица Немировича-Данченко, 6», (ныне Глинищевский переулок) посвящалась одному дому. Насчитывалось в книжке 63 страницы, автор ее увидел в 50 лет. Спустя пять лет вышла первая книга, всецело посвященная московским переулкам старой Москвы, до которых, за исключением Столешников, Камергерского переулка, не доходили руки у всех, кто сочинял путеводители.  

«В Москве, по сравнению с другими городами, очень много переулков, это ее отличительная черта – старинные переулки, — считал Романюк, — Их почти нет в Киеве, нет переулков, хотя по названию есть, в Петербурге. Даже в Европе переулков не очень много. В Париже нет переулков.  Это чисто московская особенность.              

Московские переулки не заполнены пешеходами, как улицы. Они более открыты. Можно зайти во дворы. Здесь нет бурного движения транспорта, которое мешает москвичам и всем, кто сейчас живет в Москве, наслаждаться городом. Это единственное место, где можно смотреть на старый город и любоваться  им. Очень интересные переулки в районе Ивановской горки. Они замечательны тем, что там рельеф не совсем обычный для Москвы, где довольно много плоских мест.            Московские переулки стали темой всей жизни».  

Первую заметку Романюк принес в дом 8 Чистопрудного бульвара. Никогда не забуду, как перед моим письменным столом в «Московской правде» где я заведовал отделом информации, неожиданно появился пожилой мужчина с отпечатанным на одной странице машинописным текстом. То оказалась краткая историческая справка об удивившем его обезображенном доме, в котором сам жил в детстве. Я посоветовал расширить заметку подробностями о жильцах дома.             

В первой книге о переулках насчитывается 303 страницы. В последнем путеводителе на эту тему — «Переулки старой  Москвы: история, памятники архитектуры, маршруты», — содержится  830 страниц. 

Рядовой инженер, «технарь», стал в ХХ-ХХI веке выдающимся краеведом, автором многих книг о Москве и москвичах.  Что произошло неожиданно для всех и него самого. Он впервые написал заметку о надстроенном двумя этажами бесформенном строении во дворе на Чистых прудах, 11. Два нижних этажа, заинтересовавшего его строения, сохранили детали,  типичные для  старинных палат, они оказались домом, где жил скульптор Джованни Витали, встречавшийся с Пушкиным.

О многом Сергей Романюк написал первым. До него в путеводителях по Москве не оставалось места описанию территориям вдали от центра. Этот пробел заполнили его книги.  

Армию пушкиноведов, изучающих каждый день жизни Пушкина, поразило сделанное Романюком в архиве открытие документа, опровергающего общее мнение, что поэт родился на бывшей Немецкой улице, ныне Бауманской, в доме коллежского регистратора Скворцова. На этой улице  установили мемориальную доску по случаю столетия Пушкина.  Оказалось,  Иван Васильевич Скворцов  владел также двором со строениями в Лефортово, на углу Малой Почтовой улицы и Госпитального переулка. Там в конце XVIII века жили многие  дворяне. Там Пушкин и родился.                                  

— Я старался писать совершенно о новых вещах, о чем никто не знал, — говорил Романюк, — Новые адреса Пушкина, его автографы, принимались на ура не только московскими городскими газетами, но и центральными. Была  опубликована в   «Правде» статья о неизвестном автографе Пушкина. После нее ко мне в университете подошел крупный ученый директор института, профессор и позавидовал: «Я всю жизнь работал и чего-то достиг, но обо мне «Правда» не писала».

В интернете, в справке «Сергей Константинович Романюк» утверждается, что, якобы, он  автор 11 книг.  Это досадная  ошибка. На самом деле все не так. При советской власти ему удалось издать, в сущности, одну брошюру  о доме в Глинищевском переулке, 6,  и одну книгу «Из истории московских переулков».

В Москве при советской власти только одно издательство, «Московский рабочий», постоянно публиковало краеведов. Каждый год выпускать книги о Москве и москвичах никто из них не мечтал, тем более, издавать несколько работ в год. За этим зорко следил Государственный комитет по печати. Знаю это не с чужих слов. Когда в планах двух столичных издательств, представленных для утверждения в инстанции, оказалась моя фамилия, пришлось выход одной  из книг отложить на год.   

Когда комитета и государственных издательств не стало, появились коммерческие издательства, не связанные ни с цензурой, ни с установками  ЦК и МГК партии. В них с распростертыми объятьями встречали Сергея Романюка.  В 1992 году после распада  СССР, вышла книга « Москва. Утраты» о разрушенных при советской власти  памятниках архитектуры, церквях и монастырях.  О взорванном Христе Спасителе и множестве других храмах не упоминали путеводители.   Наступивший после распада СССР развал экономики приостановил выпуск литературы. А когда  жизнь наладилась, циклы статей Романюка  в журналах, превращались  в книги. В конце ХХ  века изданы  путеводитель  «Между Садовым кольцом и Камер-коллежским валом»  — 625 страниц,  путеводитель «Между Камер-коллежским валом и современной границей города, свыше 500 страниц.

В наступившем XXI веке у Сергея Романюка произошел поразительный творческий взлет, книги выходили одна за другой, как никогда прежде, по две и по три в год. Приведу их названия и год выпуска, чтобы показать, как много он успел в последние годы жизни.

     «В поисках пушкинской Москвы, 2000,  2001.

      «Красная площадь», 2004.

      «Москва. Китай-город».  2007.

      «Москва за Садовым кольцом: энциклопедия», 2007 .

     «Москва. Вокруг Кремля и Китай-города, 2008.

     «Русский Лондон: первый и единственный путеводитель по местам, связанным с пребыванием    русских в британской столице».  2009.

     «Москва. Остров»,  2009..

     «Вся Москва»,  2010 год    

     «Москва за Садовым кольцом.  2011.

     «Сердце Москвы. От Кремля до Белого города, 2013..

В последнем, отпущенном судьбой 2015 году, в серии «Прогулки по Москве с Сергеем Романюком» вышли три книги,

     «Покровка».

     «Чистые пруды».

     «Остоженка».  

Присланная мне с автографом автора последняя статья посвящалась родным Чистым прудам и опровергала многое,  о  чем сообщали путеводители. Об этой статье, завершавшей труд всей жизни, Сергей Константинович написал: 

— Везде, если вы возьмете любую книгу или статью в интернете, рассказывается, что это были Поганые пруды, они якобы так назывались. Потом Меньшиков купил усадьбу, построил Меньшикову башню и приказал назвать их Чистыми. Но после изучения документов, старых карт, купчих ведомостей оказалось: Поганый пруд и Чистый пруд – совершенно разные места.  Поганый пруд находился внутри стены Белого города. Так он назывался не потому, что был особенно грязным.

Слово – «поганый» восходит к латинскому paganus – «языческий».  

В Москве погаными считали всех иноземцев. И пруд, где они жили в XVI-XVII веке, назвали Поганым. На старых картах он обозначен. Чистый пруд  образовался из остатков крепостных прудов, крепостного рва под Белым городом. Его  наполнили чистой водой. И называли Чистым. Поганый пруд и Чистый пруд – два разных пруда».  

Спустя два года после кончины Сергея Романюка в 2017 году,  вышла большая  книга «Чистопрудный  бульвар».  Почему именно этому бульвару отдал он последний долг? 

 “Все мое детство прошло в таком месте, как Чистые пруды. Это уникальное место. Такого в Москве нет. Вообще, я считаю, нигде нет. Почему сейчас, когда мне исполнилось 80 лет, я решил последнюю свою книжку сделать о Чистых прудах, о моей молодости, о том, что я видел тогда, когда был совсем маленький, до войны, после войны, и как-то развить эту тему и найти новые документы, новые исторические свидетельства о том, как развивалось это место. Насколько это место отражает всю историю Москвы и России»

Эту задачу ему удалось выполнить.  

Последней книге Сергей Константинович предпослал эпиграф Пушкина:   «…Я по совести исполнил долг историка,  изыскивал истину с усердием и излагал без криводушия, не старясь льстить ни силе, ни модному образу мыслей».

«Чистопрудному бульвару» и всем другим книгам С.К. Романюка суждена долгая жизнь как лучшим документальным сочинениям о Москве и москвичах.

Источник: www.mk.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *